Вдову и двух детей агронома ткачёвского агрокомплекса, погибшего на рабочем месте, хотят пустить по миру

7 июня 2019 года 33-летний агроном ОСП “Абинское” ООО “Агрокомплекс-Рис” Александр Тумков в 5 утра уехал на работу. Перед отъездом поцеловал жену, обещал вернуться пораньше. Всё же намечалось семейное торжество – юбилей дедушки, 80 лет. В течение дня супруги несколько раз созванивались, обсуждали детали мероприятия. Всё было как обычно. В 16.00 Натия (супруга) написала мужу, что очень по нему скучает. После этого от Александра не было ни звонков, ни смс. Жена не волновалось: когда в поле работала тяжёлая техника, летали вертолёты, муж звонки не слышал, не отвечал на них. И вообще нередко бросал в машине телефон и убегал на поле.

Когда стрелка на часах перевалила за отметку 20.00, Натия  забеспокоилась и стала названивать мужу. В 21.40 с телефона Александра наконец-то поступил звонок. Чужой голос сообщил Натии, что её муж погиб. И бросили трубку.

Натия стала звонить родным, искать машину, чтобы поехать на место происшествия. Попутно звонили в «скорую», в полицию, чтобы выяснить, где всё случилось. Узнали, что нужно ехать в район хутора Красный Октябрь близ станицы Мингрельской. Поле, где всё произошло, нашли с огромным трудом. Оно находится очень далеко от основных дорог и населённых пунктов. Случись что, специальные службы, «скорая помощь» туда быстро ни за что не доберутся.

Добравшись до места гибели мужа, Натия услышала, как следователи и сотрудники агрокомплекса обсуждают, что её муж виноват сам.

Тумков заправил реагентами для обработки посевов последний вертолёт, когда уже смеркалось. Нагнулся, чтобы обмыть водой руки, потом повернулся и получил удар по голове лопастью заднего винта вертолёта. Находившиеся неподалёку люди заявили, что не видели сам момент удара. Услышали громкий хлопок. Стали оглядываться и тогда заметили, что возле вертолёта лежит агроном с пробитой головой. Позже установят что смерть наступила в 20.00.

Вертолётчик впоследствии объяснял, что не виноват. Александра, заправлявшего вертолёт бензином и химией, не видел. Пилот пояснял прибывшим на место следователям, что турбины двигателя не останавливаются сразу, они ещё несколько минут работают беззвучно, медленно вращая винты.

Но вдову возмущает такая постановка вопроса. «Саша, во-первых, очень устал. Три месяца работал почти без выходных с раннего утра до глубоких сумерек. А эти винты. Я их видела. В сумерках их не видно, они ничем не обмазаны. Винты притормаживали в тот момент, когда Саша был рядом, их не было слышно», – рассказывает Натия.

На 40-й день после гибели мужа молодую женщину вызвали в офис компании, где Тумков проработал 6 лет. Ей показали заключение о смерти, подписанное заведующим Абинским ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Поповым С.П. Один из пунктов гласил: при судебно-химическом исследовании в крови Александра Тумкова был обнаружен этиловый алкоголь в концентрации 1,0 промилле. Представители компании заявили, что отказывают ей и детям погибшего сотрудника в выплате компенсации. И предупредили, что на выплату от Фонда социального страхования тоже можно не рассчитывать.

Вдова была шокирована всеми этими новостями. Откуда алкоголь?! Агроном Тумков уезжал на работу до рассвета на своём автомобиле. В посёлке Ахтырском забирал сотрудников, развозил их по точкам. Поздно вечером, как правило, после 21.00, возвращался домой, преодолевая за рулём нередко 40-60 км по трассе. В течение дня мотался по полям на своей машине.

Натия рассказывает, что Александр Тумков для своей семьи был настоящей опорой. Крепкий, трудолюбивый, ответственный. Он мечтал построить большой дом, потому и держался за работу в ОСП “Абинское” ООО “Агрокомплекс-Рис”. Многое его не устраивало: небольшие «белые» зарплаты, необходимость работать на личном автомобиле, периодические хищения, за которые премий лишали простых рабочих, а не тех, кто воровал. Но Тумков особо на рожон не лез, не скандалил – не хотел потерять работу. Только примерно за месяц до смерти вступил в открытый конфликт с отделом по персоналу из-за нового трудового договора, в котором его «белый» оклад сделали совсем мизерным – около 12 тыс рублей. Тумков потребовал, чтобы его «белый оклад» не уменьшали, потому что хотел в будущем получать нормальную пенсию…

В общем, начальство агрокомплекса настаивало – Тумков виноват сам. В транспортной прокуратуре, куда изначально передали все материалы для проверки, тоже с радостью уцепились за версию с опьянением погибшего.

Но вдова не смирилась. Она  обратилась с жалобой на выводы экспертизы в следственный отдел по Абинскому району СУ СК России по Краснодарскому краю. И 12 августа 2019 года было составлено новое заключение о результатах повторной  судебно-химической экспертизы. Эксперты с удивлением обнаружили, что в образцах крови покойного Александра Тумкова концентрация этилового спирта за два с лишним месяца увеличилась до 1,3 промилле. Такое нарастание концентрации этилового спирта при полном отсутствии гнилостного запаха означает, что погибший мог быть болен сахарным диабетом. О чём вдове и сообщил начальник следственного отдела по Абинскому району СУ СК России по Краснодарскому краю Воловодов.

Казалось бы, доброе имя мужа восстановлено. Оставалось добиться наказания виновных, получить страховку за гибель мужа и понять, выстраивать дальнейшую жизнь, как поднимать самой двух сыновей – одному 3 годика, другому 6.

Однако не тут-то было. Вдове было отказано в возбуждении уголовного дела по факту смерти её мужа. Но при этом в постановлении следователя об отказе в возбуждении уголовного дела от 21.08.2019 года отмечается, что при осуществлении Тумковым своей деятельности ему не были обеспечены безопасные условия труда руководством ООО «Агрокомплекс-Рис». В частности:

– не разработана инструкция по охране труда по видам работ;

– не выдан наряд-допуск на проведение данных работ;

– неверно определено место посадки указанного воздушного судна для дозаправки топливом и химическими реагентами.

«Тем самым руководством допущено нарушение техники безопасности», – сделало вывод следствие.

Вертолётчик, не заглушивший винты машины, числится просто свидетелем, руководитель транспортной компании, предоставлявшей вертолёты в аренду – тоже. Почему во время работы винтов производилась дозаправка вертолёта топливом и химикатами, никто не поясняет. Хорошо хоть, что в материалах проверки отражено, что Тумков именно при дозаправке вертолёта получил удар по голове задней лопастью винта вертолёта, от чего скончался на месте травмирования. То есть при выполнении работ. А раз так, то автоматом должен следовать вывод о нарушении на предприятии норм и правил техники безопасности.

Следователь запросил  в краевой Государственной инспекции по труду  заключение, какие именно правила техники безопасности были нарушены предприятием в случае в Тумковым. Однако ведомство, как утверждает следствие и вдова погибшего, более 5 месяцев тянет с заключением. Не выдаёт и предприятие, где работал Тумков, акт о смерти на производстве с указанием нарушений и лиц, виновных в этих нарушениях. В итоге вдова Тумкова не имеет возможности подать пакет документов в Фонд социального страхования на получение страховой выплаты.

Пока писался этот материал, вдова погибшего получила от следствия хорошие новости – краевая госинспекция по труду на днях «разродится» заключением и уголовное дело, скорее всего, всё-таки будет возбуждено.

Мы продолжим следить за этой историей.

“Правда Студия” 2019. Краснодар

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

восемнадцать − восемь =